Неточные совпадения
По убеждению его выходило, что это затмение рассудка и упадок
воли охватывают человека подобно болезни, развиваются постепенно и доходят до
высшего своего момента незадолго до совершения преступления; продолжаются в том же виде в самый момент преступления и еще несколько времени после него, судя по индивидууму; затем проходят, так же как проходит всякая болезнь.
Правда, что легкость и ошибочность этого представления о своей вере смутно чувствовалась Алексею Александровичу, и он знал, что когда он, вовсе не думая о том, что его прощение есть действие
высшей силы, отдался этому непосредственному чувству, он испытал больше счастья, чем когда он, как теперь, каждую минуту думал, что в его душе живет Христос и что, подписывая бумаги, он исполняет Его
волю; но для Алексея Александровича было необходимо так думать, ему было так необходимо в его унижении иметь ту, хотя бы и выдуманную, высоту, с которой он, презираемый всеми, мог бы презирать других, что он держался, как за спасение, за свое мнимое спасение.
Всем у нас было известно, что прокурор допускал к себе Митю против
воли, потому единственно, что его почему-то находила любопытным прокурорша — дама в
высшей степени добродетельная и почтенная, но фантастическая и своенравная и любившая в некоторых случаях, преимущественно в мелочах, оппонировать своему супругу.
И как бы ни слагалась внешняя судьба, наше дело — выковывать
волю к
высшему бытию.
Сотни тысяч людей ежегодно доводились до
высшей степени развращения, и когда они были вполне развращены, их выпускали на
волю, для того чтобы они разносили усвоенное ими в тюрьмах развращение среди всего народа.
«В моей сестре, царице,
высшее счастие жизни, — говорит старшая сестра, — но ты видишь, здесь всякое счастие, какое кому надобно. Здесь все живут, как лучше кому жить, здесь всем и каждому — полная
воля, вольная
воля».
Если же это так, то, очевидно, разумные существа низошли из
высшего состояния в низшее, и притом не только души, заслужившие это нисшествие разнообразием своих движений, но и те существа, которые были низведены из
высшего и невидимого состояния в это низшее и видимое для служения всему миру, хотя и не по своему желанию: суете во твари повинуся не
волею, но за повинувшаго ю на уповании (Рим. 8:20).
В Английской революции, как имеющей религиозную основу, народ еще рассматривается в качестве суверена ex iure divino, во Французской же, как и во всех дальнейших революциях, речь идет о неразгаданной, но для всех явной реальности коллектива,
воля которого священна, а потому и есть
высший источник правообразования.
Она есть
высшая и последняя жертва человека Богу — собой, своим разумом,
волей, сердцем, всем своим существом, всем миром, всею очевидностью, и есть подвиг совершенно бескорыстный, все отдающий и ничего не требующий.
Религия вне морального ее трактования кажется ему идолопоклонством — Abgötterei [«Идолопоклонство в практическом смысле — это все еще та религия, которая мыслит
высшее существо со свойствами, по которым и нечто другое, а не моральность сама по себе может быть подходящим условием для того, чтобы сообразоваться с его
волей во всем, что в состоянии делать человек» (там же С. 497).].
«Мы не можем сказать, что этот мир создан из чего-либо, возникло лишь вожделение из свободного наслаждения, что безосновность, как
высшее благо, или сущность, как вечная
воля, созерцает в наслаждении (Lust), как в зеркале» (IV, 424, § 7).]; мир есть модус абсолютной субстанции, — на разные лады, но в одинаковом смысле отвечают Дж. Бруно, Спиноза, разных оттенков пантеисты и монисты; следовательно, напрашивается неизбежное заключение — мира нет в его самобытности и относительности, а существует только Абсолютное.
Для религиозного ренессанса не хватало сильной и сосредоточенной
воли, была слишком большая культурная утонченность, были элементы упадочности в настроениях культурного слоя, и этот
высший культурный слой был слишком замкнут в себе.
Пусть зажжено сознание
волею высшей силы, пусть оно оглянулось на мир и сказало: «Я есмь!», и пусть ему вдруг предписано этою
высшею силой уничтожиться, потому что там так для чего-то, — и даже без объяснения для чего, — это надо, пусть, я всё это допускаю, но опять-таки вечный вопрос: для чего при этом понадобилось смирение мое?
— То-то, смотрите. У меня на этот счет строго.
Высшее начальство обратило внимание на вашего брата. А то и в самом деле очень много уж
воли вы забрали, — проговорил, нахмурясь, городничий. — Так подайте объявление, а в день похорон я побываю у вас вот с господином стряпчим да еще, может быть, кое с кем из чиновных. А что дочь покойника?
Он верит, что в мире есть нечто
высшее, нежели дикий произвол, которому он от рождения отдан в жертву по
воле рокового, ничем не объяснимого колдовства; что есть в мире Правда и что в недрах ее кроется Чудо, которое придет к нему на помощь и изведет его из тьмы.
Все это сияло, как фигура Черткова, на пороге объятого трепетом уездного присутствия, все это гремело, благодетельствовало или ввергало в отчаяние не почему-нибудь и не на каком-нибудь основании, а просто так… без причины,
высшею, безотчетною
волей, с которой нельзя спорить, о которой не приходится даже и рассуждать.
Во время перерыва, за чайным столом, уставленным закусками и водкой, зашел общий разговор, коснувшийся, между прочим, школьной реформы. Все единодушно осуждали ее с чисто практической точки зрения: чем виноваты дети, отцы которых
волею начальства служат в Ровно? Путь в университет им закрыт, а университет тогда представлялся единственным настоящим
высшим учебным заведением.
Также конфликт существует между империалистической
волей к расширению и могуществом государства и
высшими ценностями культуры и духа.
С одной стороны, преступление есть осуществление или, лучше сказать, проявление злой человеческой
воли. С другой стороны, злая
воля есть тот всемогущий рычаг, который до тех пор двигает человеком, покуда не заставит его совершить что-либо в ущерб
высшей идее правды и справедливости, положенной в основание пятнадцати томов Свода законов Российской империи.
— Кто тебя ставил над ним судьею и даже исполнителем этого суда? Если Господь Бог в своей неизреченной благости допускает на земле зло и его носителей, то, значит, это входит в
высшие цели Провидения, бдящего над миром, и не человеку — этой ничтожной песчинке среди необъятного мироздания — противиться этой
воле святого Промысла и самовольно решать участь своего брата — человека, самоуправно осуждать его, не будучи даже уверенным, что суд этот не преступление самого совершенного ближним преступления.
В любви —
высшая судьба и предназначение,
воля высшая, чем человеческая.
В любви — дерзновенная жертва во имя
воли высшей.
Силы, исключительно приверженные закону, не понимают и не принимают той
высшей правды, что творчество — уже большее, чем первоначальное послушание
воле Божьей, что Бог сам возжелал откровения
воли человеческой.
«Ибо я сошел с небес не для того, чтобы творить
волю мою, но
волю пославшего меня отца;
воля же пославшего меня отца есть та, чтобы из того, что он мне дал, ничего не погубить», — сказано у Иоанна (VI, 38—39), то есть сохранить, возрастить в себе, довести до
высшей возможной степени ту искру божественности, которая дана, поручена мне, как дитя няньке.
Знакомы ли вам тонкие, нежные черты белокурых женских лиц, в которых, несмотря на эту тонкость и в
высшей степени женственную нежность, чуется здоровая мысль, характер твердый, настойчивый и сила
воли энергическая?
Подкупленные чиновники эти от
высших министров до низших писцов, составляя одну неразрывную сеть людей, связанных одним и тем же интересом кормления себя трудами народа, тем более обогащаемые, чем покорнее они исполняют
волю правительств, всегда и везде, не останавливаясь ни перед какими средствами, во всех отраслях деятельностей отстаивают словом и делом правительственное насилие, на котором и основано их благосостояние.
— Еще молодым офицером я страстно полюбил твою мать и женился на ней против
воли своих родителей, которые не ждали никакого добра от брака с женщиной другой религии. Они оказались правы: брак был в
высшей степени несчастным и кончился разводом по моему требованию. Я на это имел неоспоримое право, закон отдал сына мне. Более я не могу тебе сказать, потому что не хочу обвинять мать перед сыном. Удовольствуйся этим.
С греховными страстями можно бороться пробуждением положительных, творческих духовных сил в человеке, направлением
воли на
высшие ценности.
Сам Подхалюзин не стал бы обмеривать и обсчитывать, повинуясь
воле хозяина, как
высшему закону, и откладывая гроши себе в карман, а просто потребовал бы участия в барышах Большова, так как он уже всеми его делами заведывал.
…Нетрудно предвидеть, что далее пойдет таким же образом: обыватель-коммерсант все больше будет прибирать Москву к рукам и сам волей-неволей будет поддерживать и
высшую культурную жизнь города, между тем как сословные обитатели Поварской, Арбата, Сивцева Вражка и других дворянских местностей, если они останутся все с тем же духом сословной реакции, обесцветят себя до полного вырождения…"
Не говорю я тоже ничего о перемене привычек, образа жизни, пищи и проч., что для человека из
высшего слоя общества, конечно, тяжелее, чем для мужика, который нередко голодал на
воле, а в остроге по крайней мере сыто наедался.
Пусть зажжено сознание
волею высшей силы, пусть оно оглянулось на мир и сказало: «я есмь!» и пусть ему вдруг предписано этою
высшею силою уничтожиться, потому что там так для чего-то, — и даже без объяснения, для чего, — это надо, пусть, я все это допускаю, но опять-таки вечный вопрос: для чего при этом понадобилось смирение мое?
Ольга, по своему развитию, представляет
высший идеал, какой только может теперь русский художник вызвать из теперешней русской жизни, оттого она необыкновенной ясностью и простотой своей логики и изумительной гармонией своего сердца и
воли поражает нас до того, что мы готовы усомниться в ее даже поэтической правде и сказать: «Таких девушек не бывает».
Высшее начальство, обходя госпитали, по собственной
воле вешало георгиевские кресты тем, кому хотело.
Просидев около часа с глаза на глаз с Червевым, она стала сама резюмировать в своем уме его положения и начертала такую схему: характер в
высшей мере благородный и сильный;
воля непреклонная; доброта без границ; славолюбия — никакого, бессребреник полный, терпелив, скромен и проникнут богопочтением, но бог его «не в рукотворном храме», а все земные престолы, начальства и власти — это для него совсем не существует.
Что генеральша «ужасно хороши из себя-с, даже, можно сказать, первые красавицы-с, но держат себя чрезвычайно гордо, а танцуют только с одними генералами-с»; что на настоящем бале всех генералов, своих и приезжих, девять, включая в то число и действительных статских советников; что, наконец, «у генеральши есть маменька-с, которая и живет вместе с нею, и что эта маменька-с приехала из самого
высшего общества-с и очень умны-с» — но что и сама маменька беспрекословно подчиняется
воле своей дочери, а сам генерал-губернатор не наглядится и не надышится на свою супругу.
Перед нею Федосей плавал в крови своей, грыз землю и скреб ее ногтями; а над ним с топором в руке на самом пороге стоял некто еще ужаснее, чем умирающий: он стоял неподвижно, смотрел на Ольгу глазами коршуна и указывал пальцем на окровавленную землю: он торжествовал, как Геркулес, победивший змея: улыбка, ядовито-сладкая улыбка набегала на его красные губы: в ней дышала то гордость, то презрение, то сожаленье — да, сожаленье палача, который не из собственной
воли, но по повелению
высшей власти наносит смертный удар.
Заклинатель бесстрашен, он не боится никакого бога, потому что он сам — бог; «стану не благословясь, стану не перекрестясъ», — говорит он в минуту
высшего напряжения
воли.
Естественно желать, чтобы суверенный народ высказал свою
волю в такой момент своего существования, когда в нем родится внутренний свет, когда он душевно излечится и прекратятся в нем судороги одержимого, когда он будет внутренно свободен, не так порабощен греху корысти и злобы, когда он подчинит
волю свою
высшей правде.
Народная
воля, как всякая эмпирическая человеческая
воля, не может быть обоготворена, не может быть признана
высшей инстанцией, выше ее — абсолютная правда, ценность, Бог.
Вместо того, чтобы считать прекрасным и законным то, чтобы всякий присягал и отдавал всё, что у него есть самого драгоценного, т. е. всю свою жизнь, в
волю сам не зная кого, я представил себе, что всем внушается то, что разумная
воля человека есть та
высшая святыня, которую человек никому не может отдать, и что обещаться с клятвой кому-нибудь в чем-нибудь есть отречение от своего разумного существа, есть поругание самой
высшей святыни.
С точки зрения евреев это есть
высшее благо, которого может достигнуть человек, и то только исполняя
волю бога.
Главное различие между нашим понятием о жизни человеческой и понятием евреев состоит в том, что, по нашим понятиям, наша смертная жизнь, переходящая от поколения к поколению, не настоящая жизнь, а жизнь падшая, почему-то временно испорченная; а по понятию евреев, эта жизнь есть самая настоящая, есть
высшее благо, данное человеку под условием исполнения
воли бога.
Пролетариат и есть истинный народ, справедливый народ, обладающий всеми качествами, гарантирующими направленность
воли к
высшему типу жизни.
В этом смысле коммунистический интернационализм есть уже явление нового средневековья, а не старой новой истории, и к новому средневековью нужно отнести всякую
волю к религиозному объединению, соединению разорванных частей христианского мира,
волю к универсальной духовной культуре, обнаруживающуюся в
высшем духовном слое современного человечества.
Но автономия должна быть лишь путем к теономии, к
высшему состоянию, к свободному принятию
воли Божьей, свободному подчинению ей.
Демократия не хочет знать, во имя чего изъявляется
воля народа, и не хочет подчинить
волю народа никакой
высшей цели.
Если есть какое-либо качественное содержание народной
воли и какая-либо
высшая цель в жизни народа, то это содержание и эта цель должны быть поставлены выше самой формальной
воли народа.
И единственная цель, какою руководился я при составлении моих скромных «Записок», это показать моему благосклонному читателю, как при самых тягостных условиях, где не остается, казалось бы, места ни надежде, ни жизни, — человек, существо
высшего порядка, обладающее и разумом и
волею, находит то и другое.
А на том свете, говорят индийцы, из семи кругов, в которых давались смертным разные виды блаженства, самым
высшим считался тот, где человек терял совершенно свою личность,
волю, сознание, погружался в лоно Брамы и решительно, без следа, уничтожался в нем.